Книги
80

Как на Соловках создавали новую породу людей: рецензия на «Обитель» Захара Прилепина

Как на Соловках создавали новую породу людей: рецензия на «Обитель» Захара Прилепина
Как на Соловках создавали новую породу людей: рецензия на «Обитель» Захара Прилепина

Роман Захара Прилепина «Обитель» посвящён Соловкам. Время действия — конец 1920-х годов. На Соловках в это время действует СЛОН — Соловецкий лагерь особого назначения, где сначала были изолированы политические оппоненты большевиков —меньшевики, эсеры, а позже контингент заключённых стал самым пёстрым: священники, преступники-рецидивисты, политические, офицеры-белогвардейцы, научные деятели, чекисты и другие. Собраны они здесь не только для отбывания наказания, но прежде всего как материал для антропологического эксперимента.

Большевики мечтали не только о новом послереволюционном мире, но и о том, что сформируется совершенно новая порода людей. Соловецкий лагерь, открытый в 1923 году, и стал одной из площадок этого эксперимента. Вся разношёрстная человечья масса должна переплавиться в этом лагерном тигле и превратиться в идеального социалистического человека. Роль Франкенштейна в романе играет начальник Соловецкого лагеря — Фёдор Эйхманис (прототип Ф.И. Эйхманс), который изо всех сил стремится построить на Соловецком архипелаге «город-сад». Здесь: заповедник и биосад, радиостанция и типография, два театра, два оркестра, две газеты, журнал, библиотеки, школы для неграмотных, музей, научные лаборатории — всё это содержится силами и талантами заключённых.

Но вместо райской идиллии почему-то получился кромешный ад, кровавый и смертный ужас. Путь главного героя романа Артёма Горяинова по кругам этого ада и организует сюжет романа: герой последовательно попадает в различные подразделения лагеря — из двенадцатой роты в отряд, отправленный на баланы; будучи избитым, он попадает в лагерный лазарет («больничку»); спасаясь от преследования уголовников, попадает в отряд, где тренируются будущие участники спартакиады к очередной годовщине Октябрьской революции; заподозренный в участии в заговоре против администрации соловецкого лагеря, попадает на Секирку, откуда мало кто выходит живым.

Он постоянно уходит от угрожающей ему опасности, поскольку в сюжете ему отведена функция колобка, который «и от волка ушёл, и от медведя ушёл». А по пятам за ним гоняется смерть то в виде уголовников, то в виде чекистов, которые заставляют его мыть кровавые сапоги после подавленного бунта, закапывать отправленных под размах, сидеть на Секирке.

В романе есть и роль спасителя, помощника, который стремится помочь главному герою уйти от смерти, движимый любовью к Артёму — это Галина Кучеренко. Она отправляет его то сторожем на Йодпром к учёным, которые добывают йод из местных водорослей, то подальше от главного острова архипелага на лисий остров, где он ухаживает за разводимыми лисами, то вызволяет его с Секирки в музыкальную команду, то устраивает побег на моторной лодке.

Весь событийный ряд замешан на бескрайней жестокости: система такова, что сами заключённые мучают друг друга. Эйхманис говорит: «Пишут, что здесь мучают заключённых. Отчего-то совсем не пишут, что заключённых мучают сами же заключённые. Прорабы, рукрабы, десятники, мастера, коменданты, ротные, нарядчики, завхозы, весь медицинский и культурно-воспитательный аппарат, вся контра — все заключённые. Кто вас мучает? — Эйхманис посмотрел на Артёма. — Вы сами себя мучаете лучше любого чекиста». Но мучают и чекисты с охранниками-красноармейцами. Причём, когда приезжала врачебная комиссия с проверкой личного состава охраны, выяснилось: «Среди 600 человек обследовнных вольнонаёмных и заключённых работников ГПУ оказалось около 40 процентов тяжёлых психопатов-эпилептоидов, около

30 процентов — психопатов-истериков и около 20 процентов других психопатизированных личностей и тяжёлых психоневротиков». Это на медицинском языке, а на языке человеческих эмоций это звучит иначе: «Мы что угодно могли думать, а выяснилось, что банда кретинов, садистов и психопатов переоделась в чекистскую форму, в красноармейцев, получила должности в руководстве — и мучают людей, жрут поедом…».

Как, когда мечты о новом мире и новом человеке превратились кровавую реальность? Это один из центральных вопросов автора, на который он стремится дать свой ответ, разворачивая сюжет «Обители». Отвечая на этот вопрос, Прилепин утверждает несколько собственных мыслей.

Во-первых, исторически Соловецкий лагерь размещён на территории Соловецкого монастыря. И прошлое Соловецкой обители как бы постоянно просвечивает сквозь настоящее. Это прошлое вовсе не укладывается в идею святости здешних мест и монастырских обитателей. В романе не раз звучат рассказы персонажей о том, что Соловецкая обитель была приспособлена не только для молитвенного труда. В 1923 году, когда советская власть добралась до Соловков, здесь был обнаружен большой запас оружия: восемь трёхдюймовых орудий, два пулемёта, 637 винтовок и берданок с огромным запасом патронов. Эйхманис говорит: «Монахи здесь, между прочим, издавна были спецы не только по молитвам, но и по стрельбе». В XVI, XVII веках здесь в карцерах и казематах маялись наказанные, которых выводили на прогулку всего три раза в год — по великим праздникам. Крестьянин Семён Шубин провел на Соловках 63 года – за произношение на святые дары и святую церковь богохульных слов. И половину срока сидел в одиночке. Петр Кальнишевский просидел 25 лет, из них шестнадцать — в каменном мешке. Автор подталкивает читателя к мысли о том, что Соловецкий монастырь был как бы прообразом Соловецкого лагеря.

Во-вторых, природно-климатические условия здесь таковы, что человек вынужден только выживать, а не совершенствоваться. Осип Троянский — биолог, изучающий свойства местных водорослей, говорит: «Здесь никогда не было глубокой жизни ума. Трудовая коммуна, хозяйствование — да. Христос являлся? Быть может. Но русская мысль тут всегда спала — одни валуны вокруг, какая ещё мысль. И Эйхманис эту мысль не разбудит: всё, чем он занимается, — кривляние».

В-третьих, сама природа человеческая такова, что в условиях несвободы радикальной переделке в сторону улучшения не поддаётся. Несвобода пробуждает в душе человека силы ада. Главный герой романа Артём Горяинов, по словам автора, знал, что «каждый человек носит на дне своем немного ада». Движение по кругам этого ада ведёт Артёма Горяинова к утрате, в конечном счёте, самого себя. Это такой Ионыч, попавший в ХХ веке в Соловецкий лагерь… Если у Чехова Ионыч деградирует из-за лености духа, то Горяинов — неудача антропологического эксперимента, хорошо спланированного и запущенного другими людьми.

Роман, обращаясь к одной из драматических страниц русской истории ХХ века, напоминает о том, что без свободы личности не только невозможно никакое насильственное «улучшение» человека, но, напротив, — высвобождает в нём все низменные, жестокие, зверские начала.

Революция принесла с собой идею «нового человека». Однако социальные формы послереволюционной эпохи, созданные для переделки старого человека в новый формат, напротив, развязала самые тёмные и мрачные стороны человеческой натуры. Вот главная идея романа Прилепина «Обитель».

Фото Светланы Разумовской