Лекции
147

Руководитель Центра городских компетенций АСИ: «В стране огромная проблема с главными архитекторами»

Руководитель Центра городских компетенций АСИ: «В стране огромная проблема с главными архитекторами»
Руководитель Центра городских компетенций АСИ: «В стране огромная проблема с главными архитекторами»

17 мая в новгородской «Точке кипения» выступила с лекцией руководитель Центра городских компетенций АСИ Татьяна Журавлёва. Она рассказала о том, как формируются городские сообщества, и как они могут изменить среду, в которой живут. В настоящее время Агентство стратегических инициатив реализует программу «100 городских лидеров». Перед лекцией Татьяна Журавлёва ответила на вопросы нашего портала.

— Какова основная цель программы — выбрать лучшие инициативы и помочь им или научить людей самостоятельно решать вопросы городского устройства?

— У нас три основных задачи. Во-первых, мне важно, чтобы на земле случились изменения, и команды, предложившие ту или иную идею, доводили свой проект до фактической реализации. Во-вторых, этот проект должен быть сделан для конкретного городского сообщества. Команда должна это сообщество сформировать, активизировать и включить в свою работу. Главное, чтобы к моменту ухода АСИ это сообщество было устойчивым. И третий важный аспект нашей работы — обобщение полученной практики, формирование универсальной модели и её тиражирование по всем городам России. То есть всё придуманное в Якутске, Боровичах и Тобольске может легко быть транслировано по другим городам. Чтобы можно было помочь им, не выдумывая заново велосипед.

— Не получится ли так, что универсальная модель, распространённая по всей стране, пойдёт в ущерб индивидуальности отдельных территорий?

— Ни в коем случае. Мы не делаем типовое решение. От него модель отличается тем, что это обобщённая схема того, как нужно действовать для воплощения того или иного проекта — как построить набережную, соответствующую городу, как привести в порядок дворы. Ими, к примеру, у нас сейчас занимается Выкса. Они взяли в «пилот» пять дворов, и все они — разные, а технология одна.

— По пути в Великий Новгород вы заезжали в Боровичи — встретиться с командой инициативы «Мстинские метаморфозы», который вышел в финал проекта «100 городских лидеров». О чём этот проект?

— Они разрабатывают стратегии точек активизации города. Изначально предполагалось просто благоустройство набережной. Теперь же речь идёт об активизации сообщества методами тактического урбанизма. После проведения летней активизации они должный перейти к большой маркетинговой стратегии города, чтобы объединить все активности, которые удались и не удались. Мы постараемся вместе с командой инициативы подготовить проект под конкурс Минстроя, основанный на запросах сообщества, и получить финансирование на то благоустройство, которое выбрали люди.

— Какие люди участвуют в этом проекте?

— В команду входят предприниматели и активисты. Их поддерживает местная администрация.

— Поговорим о работе с городскими сообществами — одной из тем вашей лекции. В России реализуется несколько программ по благоустройству общественных территорий. Например, «Комфортная среда». По ходу реализации при парках, в том числе и в Великом Новгороде, создаются общественные советы. Насколько это соответствует вашему представлению о работе с городскими сообществами? Не кажется ли вам, что в большинстве случаев они выполняют фиктивную роль?

— Я знаю, что существует такая практика. Не знаю, как это работает в Великом Новгороде. Нужно смотреть детально, насколько формально он действует. В ближайшее время мы будем презентовать атлас практик соучаствующего проектирования и вовлечения жителей в различные процессы. К сожалению, я пока не видела ни одной успешной практики по общественным советам. Всё зависит от того, насколько формализована их работа, насколько они репрезентативные и насколько серьёзно они воспринимаются подрядчиками.

— Существует ли особая специфика работы с сообществами в таких городах, как Великий Новгород?

— Конечно, история с мегаполисами и малыми городами — это две большие разницы. Даже в городах типа Тулы и Тюмени, с одной стороны, и Великого Новгорода, с другой, кардинально отличаются уровни культурного развития горожан и понимания того, насколько тесно они должны общаться в городе. У нас есть спецпроект — село Поречье-Рыбное. Это — посёлок городского типа. Фонд «Вера» организует там Дом милосердия. Мы ему помогаем. Мне всегда казалось, что в небольших населённых пунктах жители всегда должны быть очень сплочены. Здесь же люди, напротив, ненавидят друг друга, конкурируют дворами. У них даже дети не ходят друг к другу в гости. Поэтому мы и старались не брать миллионники. А если к нам и приходили их представители, мы выставляли условие, что проект должен касаться какого-то конкретного района с населением, желательно, до 100 тысяч человек. Нам важно понимать конечного благополучателя проекта. Развитие целого мегаполиса — совсем другая история. Сейчас в программе участвует Тюмень. Их проект охватил площадку с населением около 80 тысяч территорией в 64 гектара.

— Вопрос, касающийся краудсорсинга. Почему до сих пор не началось активное обсуждение проектов на вашей платформе?

— Мы только завершили этап конкурсного отбора. Непосредственное обсуждение начнётся в июне. Сейчас вместе с командами мы декомпозируем проекты, потому что не имеет смысла выкладывать их на краудсорсинг целиком. Широкими народными массами мы готовимся обсуждать не более одной задачи. У нас зарегистрировано более 70 тысяч человек. Люди будут участвовать в обсуждении, потому что оно будет касаться тех мест, в которых они живут. Более того, под каждый крауд-проект формируется своя система мотиваций. Работает она следующим образом: если нам нужно разработать бренд и логотип города Полярные Зори, то и ориентирован проект должен быть на специализированную аудиторию — дизайнеров и художников.

— Как вы считаете, может ли краудсорсинг предотвратить конфликтные ситуации, подобные той, которая сейчас складывается из-за планов по строительству храма на месте сквера в центре Екатеринбурга?

— Только он — нет. Я сама из Екатеринбурга и прекрасно понимаю, что и как там происходит. Только обсуждение и соучаствующее проектирование не спасут эту ситуацию. Почему мы изначально собирали кросс-секторальные команды и говорили, что если мы с самого начала не берём бизнес, власть и общественников в одну лодку, то ничего не полетит? В Екатеринбурге этого сделать не смогли. Мы получили десять проектов оттуда. Я очень внимательно наблюдала за ними, потому что это — моя родина. Но ни в одном из них триаду — власть, общественность, бизнес — собрать не удалось. И сейчас мы видим результат того, что власть не готова к общению. Только сейчас они предпринимают первые попытки сделать шаги в этом направлении. Надеюсь, всё получится.

— В Новгородской области нечто в духе краудсорсинга делают на портале «Вечевой колокол». Там регистрируются инициативы, которые впоследствии, после получения необходимого количества голосов пользователей, рассматривает региональное правительство. Как вы оцените такую практику?

— Хорошая история. Это — практика Российской общественной инициативы. Минус любых платформенных решений, в том числе и нашего, возможность манипуляций вроде: «Проголосуйте за меня, потому что я очень хороший» или «Проголосуйте, иначе я вас уволю».

— К сожалению, зачастую и сами предложения носят популистский характер. Скажем, люди предлагают на пустыре построить спортивный объект, не особенно вникая в технические и нормативные аспекты.

— То, о чём вы говорите, обусловлено большой кадровой проблемой с главными архитекторами, которая существует очень во многих городах. У нас нет авторского надзора как такового. Наши генпланы — это просто обнять и плакать каждого губернатора или мэра. Из-за того, что у нас нет главных архитекторов, не допускающих как точечной застройки, так и точечного благоустройства, мы получаем то, что получаем.

— Какой подход к благоустройству городских территорий вы как эксперт считаете наиболее приемлемым — упор на содержание в идеальном состоянии центральной части или стремление к равномерному развитию разных территорий и, как результат, создание нескольких центров? В большинстве случаев, муниципалитеты стараются поддерживать порядок там, где гуляют туристы, не слишком интересуясь развитием окраин.

— Градостроительная политика у нас выстроена таким образом, что практически везде есть центр и периферия. Безусловно, центр — важная часть любого города. Но не только им нужно заниматься. Самое главное, на что должны обращать внимание муниципальные власти — это мнение жителей. Периферия, спальные районы не должны становиться центрами, для того они и спальные районы. Но в их развитии должно учитываться мнение тех, кто там живёт. Любая новостройка должна предполагать огромную детскую площадку, потому что туда заселятся молодые семьи. А у старых домов, в которых живут пожилые люди, нужно создавать условия для них. Дворы — это микросообщества. В любом из них живут бабушка, автомобилист и мама с коляской. Все они не любят друг друга, потому что у всех разные потребности. Задача муниципалитета — помочь прийти к компромиссу.

Фото: Светлана Разумовская.