Социальные науки
307

Воспитание и наказание: какая модель ювенальной юстиции нужна России?

Воспитание и наказание: какая модель ювенальной юстиции нужна России?
Воспитание и наказание: какая модель ювенальной юстиции нужна России?

У большинства россиян ювенальная юстиция ассоциируется со зловещими органами опеки, которым только дай повод забрать ребёнка из семьи — они тут как тут. Отношение к понятию — соответствующее. Всякое предложение внедрить институты ювенальной юстиции в России вызывает истерику. Но мало кто из противников правосудия по делам несовершеннолетних понимает, что оно собой представляет. Выпускница юридического факультета НовГУ Арина Иванова изучила зарубежные модели ювенальной юстиции и оценила перспективы внедрения их элементов в России. Разбираемся, что они собой представляют, чем отличаются? Оправданы ли страхи противников внедрения? И нужно ли создавать институты ювенальной юстиции в нашей стране сегодня?

Дети и традиции

В России существует целый комплекс законов и положений, направленных на защиту детства. Принять отдельный закон о ювенальной юстиции пытались несколько раз. Все попытки провалились. В 2010-х это сопровождалась митингами и открытыми письмами президенту против «западной модели» защиты детей. Ей противопоставляли национальные традиции и исторический опыт.

— На втором курсе я писала курсовую работу об уголовной ответственности для несовершеннолетних, — говорит Арина Иванова. — В ней я упоминала политические акции против ювенальной юстиции. На них родителям рассказывали о том, как в Норвегии якобы забирают детей из семей, если в холодильнике нет апельсинов. Я считаю, что такие примеры были выбраны специально, чтобы настроить людей соответствующим образом.

Само понятие «ювенальная юстиция» значительно шире того, что в него привыкли вкладывать противники. Они зациклились на изъятии детей у родителей. Хотя центральная фигура ювенального права — не условная неблагополучная семья, а сам несовершеннолетний.

Ребёнок в нашем законодательстве как субъект права не отличается от взрослого человека. С определёнными оговорками и снижениями к нему применяются те же самые нормы. Цель ювенальной юстиции — рассматривать его как отдельный особенный субъект права.

Елена Макаровадоцент кафедры истории государства и права НовГУ, научный руководитель работы

Для этого во многих странах мира существуют ювенальные суды и другие инстанции для правосудия по делам несовершеннолетних. Главная их задача — борьба с подростковой преступностью и девиантным поведением детей без дополнительного вреда психике ребёнка.

Тени керченского стрелка и псковских «Ромео и Джульетты»

— В России в принципе не существует ювенальной юстиции, — констатирует Арина Иванова. — Органы опеки можно рассматривать в качестве одного из элементов системы. Но ювенальная юстиция базируется не только на органах, но и на различного рода мерах. Недавно руководитель одной из парламентских партий говорил о назревшей необходимости реформирования этих органов и предоставления им других функций.

По мнению автора исследования, в нынешних условиях подростковая преступной в России в будущем перерастает во взрослую рецидивную. Колонии для несовершеннолетних, в целом, похожи на взрослые — в них есть своя иерархия, особые отношения. Перевоспитанию и последующей адаптации к обычной жизни они не способствуют.

В России и Новгородской области, в частности, в последние шесть лет уровень подростковой преступности стабильно снижается. Но сами преступления становятся более жестокими и изощрёнными. «Дети уже не просто крадут из кармана, а крадут через Интернет с банковских карточек, расстреливают своих одноклассников, тщательно спланировав это», — отмечает в исследовании выпускница юрфака НовГУ. В качестве примеров она приводит резонансные события в Керчи и Псковской области. В ноябре 2016 года в посёлке Струги Красные двое пятнадцатилетних подростков заперлись в частном доме и устроили перестрелку с полицией, после чего свели счёты с жизнью. А в октябре 2018 года студент устроил стрельбу в Керченском политехническом колледже. Погиб 21 человек.

Арина Иванова уверена, что создание ювенальной системы в России может снизить риск подобных трагедий.

Зарубежные модели

Первые ювенальные суды появились на рубеже XIX и XX веков. В 1899 году заработало учреждение по разбору дел с несовершеннолетними в Чикаго. В 1910-м ювенальный суд открыли в Санкт-Петербурге. Но если за рубежом система правосудия для детей и подростков получила своё развитие, в нашей стране ювенальные суды были упразднены.

Ювенальная юстиция в Европе, Северной Америке и Азии шла разными путями. Этим обусловлено существование трёх разных моделей правосудия для несовершеннолетних. Наиболее традиционная — континентальная — характерна для Германии, Франции и других стран Европы. В них существуют системы ювенальных учреждений. В ФРГ уголовное производство заменено альтернативными процедурами без судебного разбирательства. В Польше и Франции работают семейные суды и семейные кураторы. Для стран континентальной модели характерно широкое применение медиации — способа урегулирования спора с привлечением нейтральной стороны.

Схожие системы ювенального правосудия работают в США, Канаде и Великобритании. Англосаксонская модель отличается сложной системой специализированных органов. Одним из важных приоритетов является ставка на досудебное урегулирование споров. В Канаде особенное внимание уделяется обеспечению присмотра и ухода со стороны родителей. Этот принцип закреплён во многих законах.

Дальневосточная модель отличается более жёстким подходом. В Японии подросткам от 14 до 19 лет за тяжёлые преступления может грозить даже смертная казнь.

«Если говорить о том, на примере какой страны следовало бы строить базис ювенальной юстиции в Российской Федерации, то, на мой взгляд, следует взять элементы двух стран — Японии и Канады, — подводит итог исследования Арина Иванова. — Необходимо сформировать так называемый карательно-воспитательный метод воздействия на несовершеннолетних правонарушителей».

— Смертная казнь для несовершеннолетних в Японии не отменена, но на практике она не применяется, — поясняет выпускница юридического факультета. — Это устрашающая мера как таковая. На защите меня спрашивали о том, стоит ли в России в нынешних условиях делать больший упор на карательные методы в отношении несовершеннолетних, потому что уже даже многие работники аппаратов, занимающихся работой с подростками, констатируют, что воспитательные методы уже не действуют. Именно поэтому я пришла к выводу о необходимости взаимосвязи канадской и японской моделей. В США и Великобритании некоторое время назад был всплеск подростковой преступности. С ним справлялись комплексом очень строгих мер. Это дало свои плоды, но со временем криминогенная обстановка вернулась к прежним показателям. У континентальной модели — свои усреднённые показатели. Периодически европейские страны сталкиваются с родительскими бунтами, которые не понимают сути ювенальной юстиции.

Без штрафов и колоний

Используя опыт Канады и Японии, в России необходимо выстроить собственную модель ювенальной юстиции, считает Арина Иванова. Роль устрашающей меры могло бы сыграть развитие сети специализированных интернатов для несовершеннолетних преступников.

— В России существуют такие воспитательные учреждения закрытого типа, — отмечает автор исследования. — Несовершеннолетних в них пытаются перевоспитывать. Их заставляют что-то делать и вытаскивают из неблагополучных семей, где, в принципе, им всё дозволено. Это оказывает на подростков большее воздействие, чем колонии для несовершеннолетних. Я считаю, что в перспективе такие интернаты должны полностью заменить их — во многих развитых странах колоний уже нет.

По примеру других стран, Арина Иванова предлагает отменить в России штрафы для несовершеннолетних. Обычно их платят родители подростков. Ребёнок ещё не знает цены получения денег. Поэтому никакого воспитательного воздействия такие взыскания не имеют.

Наконец, по мнению выпускницы НовГУ, необходимо вернуться возобновить работу ювенальных судов. В начале XXI века проводился эксперимент по их созданию в ряде регионов. Первопроходцем в этом направлении стала Ростовская область. Но постепенно эксперимент свернули.

— Необходимо создать долгосрочную программу с приблизительным названием «Основы юстиции по делам несовершеннолетних в Российской Федерации», — резюмирует Арина Иванова. — Большинство родителей негативно относятся ко всему, что связано со словом «ювенальный». Возможно с таким названием программа не вызовет столь категоричного отношения, особенно со стороны людей старого порядка.

Обязательными пунктами программы должны стать требования к работникам органов ювенального правосудия, разграничение полномочий между ними, создание ювенальных судов и требования к квалификации судей и других специалистов, которые будут в них работать.