Истории
269

Город и студент: Сергей Карбашов

Город и студент: Сергей Карбашов
Город и студент: Сергей Карбашов

В год 1160-летия Великого Новгорода вспоминаем студенческую жизнь города 60-х, 70-х, 80-х, 90-х и 2000-х.

Филолог, аграрий, химик, дизайнер и программист рассказывают, на какие деньги жили, где отдыхали, что носили и о чем думали. Пять текстов — пять личных историй про то, как менялась страна, город и университет.

Дефицит, очереди и «колбасный поезд»: каким был Великий Новгород для студентов семидесятых

Страна

В 70-е началось десятилетие, когда закрепляется концепция построения «развитого социализма». Позже этот период назовут «эпохой застоя». Возникают проблемы с товарами: не хватает мяса и молочных продуктов, трудно достать шоколадные конфеты, дефицитом становится туалетная бумага. Цены скачут, каждый год всё дорожает.

В городах возводят дома выше пяти этажей. Стартует крупное строительство второй железной дороги на Дальний Восток — Байкало-Амурской магистрали. В стране любимый вид спорта — хоккей, популярны вокально-инструментальные ансамбли — «Самоцветы» и «Песняры», в моде дымчатые очки, «огурцы», «клёши», а со второй половины 70-х — джинсы.

Город

В Новгороде отмечается рост населения: если в начале 70-х в городе проживало около 128 тысяч человек, то в 1979 году число перевалило за 186 тысяч. Начинают застраивать город многоэтажками, расширяется Западный район. Рядом с новгородским кремлём появляется Монумент Победы. Его открыли в январе 1974 года к тридцатилетию освобождения Новгорода от фашистских захватчиков.

Университет

Студенты учились в Педагогическом и Политехническом институтах. Достраивался корпус Политеха рядом с железной дорогой. Филиал Ленинградского электротехнического института, на базе которого был создан Новгородский государственный университет, находился в здании на Софийской площади, где сейчас Музей изобразительных искусств. Выпускники рассказывают, как ездили туда на занятия военной кафедры.

На Завокзальной — яблоневый сад, по Кочетова бегают зайцы

Сергей Карбашов по образованию инженер-механик и технолог. Освоил также и профессию конструктора, а сейчас занимается химией — работает на новгородском заводе «Акрон», который производит минеральные удобрения.

В Новгород Сергей Иванович переехал в 1966 году, когда учился ещё в начальной школе. Вспоминает, что тогда было большое наводнение. В тот год затопило кремлёвский парк, вода подходила к бане на Дмитриевской — теперь заброшенное здание на улице Великая.

С третьего класса учился в школе напротив вокзала, потом перешёл в школу №18 на ул. Менделеева рядом с кинотеатром «Новгород». А когда на ул. Зелинского построили новую школу №23, перевёлся и оканчивал уже её. Он жил на ул. Химиков и вспоминает, что Западный район тогда только начинали застраивать.

— Сейчас темпы строительства головокружительные, дома вырастают, как грибы. Если месяц-два в город куда-то не выезжал, уже какие-то изменения, всё новое, — говорит Сергей Карбашов.

А тогда на ул. Кочетова был пустырь, где катались на лыжах, там бегали зайцы. «Виадук» ещё не построили, и автобусы ездили через железную дорогу. В Антоново находился частный сектор, а там, где сейчас Завокзальный, — коллективный яблоневый сад. Деревяницы, Псковская, Щусева казались краем света.

Колхоз, стройотряд и ВИА

В 1974 году Сергей Карбашов поступил в Новгородский политехнический институт на новую тогда специальность «Машины и технология обработки металлов давлением».

В лаборатории (1974 год).

— Выбор у нас тогда был какой? Пединститут, но меня почему-то не привлекала профессия учителя, и политехнический — там всё-таки железки, механика, конструирование. У нас ещё был строительный техникум и училища — 13-е и 15-е, подшефные новгородскому химкомбинату. Нас пугали: «Будешь плохо учиться, пойдёшь в тринадцатое училище».

Сразу после поступления первокурсников отправляли в колхоз.

Поездка в колхоз (1974 год). На фото Сергей Карбашов второй справа. 

«В такую глушь завозили, — комментирует Сергей Иванович, — сначала на автобусе едем, потом нас на волокуше, на тракторе по бездорожью везут, оттуда вообще не выберешься».

Работа, вечерние прогулки, — больше делать нечего.

Ещё на втором курсе студенты организовали музыкальную группу, начали репетировать. Сначала играли в Политехе, потом перешли на площадку завода ГАРО на площади Строителей.

В Хутынском монастыре (1972 год).

В свободное время ходили в кино. Выбор был велик: фильмы показывали в кинотеатрах «Новгород», «Россия», «Родина», «Октябрь» и ДК профсоюзов. Выстраивались очереди, билетов не хватало.

— Телевизора было мало, — объясняет Сергей Иванович, — и программ-то раз-два и обчёлся. Если какой-то фильм идёт, знали заранее, — в программке подчеркнёшь, чтобы не пропустить.

В Ленинград за колбасой

После четвёртого курса началась работа в стройотрядах. Кто уезжал в стройотряд, в колхоз уже не ехал. В Подберезье строили элеваторы, зернохранилище, подсобное помещение.

— Платили нормально, — рассказывает Сергей Карбашов. — Я приехал со стройотряда, родители 100 рублей добавили, купил магнитофон за 450 рублей. Вообще сказка по тем временам. «Юпитер-202», мощные колонки. Это писк полный был.

Сергей Карбашов в центре

Стипендия в то время составляла 40-45 рублей. На эти деньги можно было многое себе позволить. Ведь копейки ценились. Коробок спичек — копейка, телефонный звонок из автомата — две, на три можно попить газировки с сиропом. Проезд в ленинградском общественном транспорте стоил три-четыре копейки, в новгородском — пять. Кружка кваса летом — шесть копеек, фруктовое мороженое — семь.

— Что было хорошо: когда продавали молоко и кефир, стеклянные бутылки — возвратная тара. Бутылку взял, 30 копеек отдал, дома её помыл, две бутылки принёс, снова взял молоко или кефир. Нигде не валяется, потому что кто будет выкидывать 15 копеек? — резонно замечает Сергей Иванович. — Сигареты тогда курил, потом завязал, — сообщает он. — «Беломор» — 22 копейки. Сигареты с фильтром, «Рига» — 35-40 копеек. В зависимости от того, какая упаковка. Мягкая — подешевле, жёсткая коробочка, покрасивее, — на пять копеек подороже. А если чёрный фильтр, угостишь сигаретой, спрашивают: «Где достал?»

Дефицит был во всём. Сейчас в магазине начнёшь ковыряться, говорит собеседник, — это не хочу, тут дата не та. Раньше был выбор простой: берёшь или нет.

— Каждый месяц обязательно [ездили] в Питер. Берём сумки большие и поехали, закупаемся. Колбасы, мяса всего наберём, — в камеру хранения. По городу набегаемся, на электричку вечером садимся, и этот «колбасный поезд» прёт. Самое интересное-то что: приезжаешь в Ленинград, смотришь, фуру подогнали, начинают разгружать колбасу и мясо, а номер-то новгородский. Они фурами туда гонят, а мы поездом — обратно.

На практике в Волгограде (1978 год). Сергей Карбашов первый справа. 

Кто-то зарабатывал, перепродавая вещи. За это можно было налететь на штраф до 5 тысяч рублей. Столько стоила машина. Сейчас уже нормальное отношение к «купи — продай», но у некоторых людей того поколения всё ещё остаётся предубеждение к такому доходу.

— То, что сейчас законно делается, раньше было наказуемо, — комментирует Сергей Иванович. — Так в психологии и осталось. Некоторые мои сверстники перешагнули этот барьер: один поднялся на джинсах, другой — на хозтоварах. А я до сих пор не могу торговать.

Меньше производств

После окончания института Сергей Иванович получил распределение на Чебоксарский завод промышленных тракторов. Отработал там два года и ушёл в армию.

Вернулся в Новгород в 1984 году. Устроился на работу в общество слепых Трудового Красного Знамени, потом был сотрудником новгородского центрального конструкторско-технологического бюро.

Когда началась перестройка, приватизация, заказы исчезли, и народ сидел без работы. Нужно было срочно искать новое место, и Сергей Карбашов нашёл объявление, что на «Акрон» требуется аппаратчик. Он следил за процессом изготовления минеральных удобрений: нужно поддерживать определённую температуру, концентрацию веществ, контролировать и регулировать работу насосов, ёмкостей, оборудования.

Потом Сергей Карбашов перешёл в открывшийся пять лет назад на «Акроне» цех редкоземельных элементов. Это уникальный проект комплексной переработки апатит-нефелиновых руд, получаемая продукция используется при изготовлении стекла, керамики, оптики, магнитов, бытовой электроники.

70-е запомнились временем, когда наблюдался активный рост промышленности. Продукцию выпускали много предприятий: «Планета», «Комета», «Спектр», «Квант», «Волна». В те годы появлялись новые профессии, специальности, «технари» обучались по новым направлениям. Несмотря на дефицит и нестабильную финансовую ситуацию, 70-е остались в памяти Сергея Ивановича как период развитой промышленности, образования и новых технологий.

Фото: Любовь Ланева, Виктор Михайлов, личный архив Сергея Карбашова

Читайте также