Культура
393

Театральный блогер Inner Emigrant: «Поход в театр в России — роскошь»

Театральный блогер Inner Emigrant: «Поход в театр в России — роскошь»
Театральный блогер Inner Emigrant: «Поход в театр в России — роскошь»

В Великом Новгороде на фестивале «Царь-Сказка» с лекцией выступил анонимный театральный блогер, шеф-редактор журнала «Ваш досуг», который пишет под псевдонимом Inner Emigrant. Он рассуждает с позиции зрителя, говорит, что в наше время все зрители стали критиками. Им не нужны посредники в общении с авторами спектаклей, с помощью соцсетей зрители сами могут обращаться к режиссёрам и актёрам и даже влиять на спектакли.

— Для вас было неожиданным получить приглашение на «Царь-Сказку»?

— Я никогда не слышал о «Царь-Сказке». И когда получил это приглашение, подумал: «Вот так бесславно я закончил свою карьеру». Не знаю, как это объяснить, но мне казалось, что это что-то очень странное. А потом я открыл программу, увидел массу спектаклей, которые нигде больше никогда не увижу. Притом, что мне всегда был интересен детский театр.

Я как раз исповедую принцип, что хороший детский спектакль — это всегда спектакль, который и взрослому понравится.

Решил себя испытать, подумал, где я ещё по пять-шесть спектаклей в день смогу посмотреть, и поехал.

— И что вы думаете о фестивале сейчас?

— Фестиваль — всегда авантюра. Был спектакль «Пинг»: все, кто его видел в Нидерландах, говорили, что это очень хороший спектакль, и здесь он, на мой взгляд, не очень получился. И языковой барьер сказывался, и импровизации мало, и люди устали: пятым спектаклем в день, наверное, импровизационный спектакль сложно смотреть. На фестивале было много клоунады. Я столько не видел за всю свою жизнь. И даже с удивлением обнаружил, что хохотал в некоторых моментах. У меня очень яркие и контрастные впечатления.

— Вы на театральных фестивалях бываете, в основном, в Петербурге и в Москве? В регионах это большая редкость?

— В основном, в Москве. Информация о фестивалях международного уровня в регионах до меня не долетает. Дягилевский в Перми, и фестивали Москвы и Петербурга. Может быть, какая-нибудь «Царь-Сказка» есть и в других городах, но я об этом не знаю.

— Насколько театр сейчас доступен людям?

— Театр, конечно, недоступен людям. Больших денег хороший театр стоит.

Режиссёры Ксения Перетрухина, Всеволод Лисовский пытаются делать недорогой. Но надо понимать, что они панки от театра — концерт не должен стоить дороже тридцати баксов. При этом у Ксюши Перетрухиной есть «Cantos», который стоит пятнадцать тысяч рублей за билет. Я думаю, зарплата не у всех есть в Новгороде достигает пятнадцати тысяч. В Москве не у всех есть такой доход. К сожалению, поход в театр в России роскошь. У многих не хватает на еду, на одежду. Как делать современный драматический театр в небольшом городе, чтобы туда ходили люди даже два раза в неделю, я не представляю.

Помочь выбрать «своё»

— На лекции вы говорили, что задачи театральных критиков — обучить зрителя, объяснить авторам спектакля, что публике может быть непонятно. Какие задачи у театральных блогеров?

— Мы продаём билеты в театр. Со мной многие театральные блогеры поспорят. Кто-то продаёт себя, у каждого свои задачи. Я себе задачу ставлю конкретную: сейчас такой поток спектаклей, информации, что я просто хочу людям рассказывать про то, что театр бывает разный, нескучный. Ты всегда найдёшь что-то своё, просто ты об этом ещё не знаешь. Надо ходить на разное. Если я иду на какой-то дорогой спектакль, я потом на следующий день пойду обязательно на какой-то перформанс бесплатный где-нибудь на убитом заводе, чтобы тоже про него рассказать. Чтобы два этих события стояли рядом, чтобы люди видели, что и то, и то можно испытать на себе одному и тому же человеку.

Я считаю, что мой пост удачный, если люди, прочитав его, купили билеты. Значит, я сделал правильно. Либо написали мне: «Спасибо, что рассказал, мы не купили билеты». Это меня тоже устраивает. Потому что я, с одной стороны, помогаю театрам продать залы, а с другой стороны помогаю зрителям не потратить деньги зря.

— Что вы от этого получаете?

— Удовольствие. Если ты блогер, ты можешь писать о чём угодно: о машинах, компьютерных играх, сидеть на рекламных контрактах. У нас театры ни за что никогда никому не платили и платить не будут. Поэтому блоги о театрах ведут довольно безумные люди, сумасшедшие. Кто-то любит театр, кто-то ненавидит театр, кто-то пытается театр изменить, кто-то пытается сохранить его таким, какой он был. Я же просто люблю рассказывать людям об интересных спектаклях. Их восторг очень подпитывает мою жизнь.

— Почему для вас так важно сохранять анонимность?

— Так удобно. Я могу прийти в любой театр, и никто не знает, как я выгляжу. Я могу уйти с любого спектакля, и никто не узнает, что это я ушёл. Я могу поспать на любом спектакле, если он плохой. Я могу сидеть весь спектакль в телефоне, и никто не будет сжигать моё чучело и писать мне, что я подаю плохой пример молодёжи. Мне так удобнее жить. Я очень не люблю смешивать личное и публичное.

Строгий Новгород

— А как вам Великий Новгород?

— Великий Новгород — очень строгий город. Мне нравится, что здесь нет ничего советского. Здесь советский дух выветрился или, может быть, он сюда и не доносился. Я видел отдельные архитектурные сооружения советского периода, но они как будто бы на теле Новгорода ничего не значат. И у меня всё время ощущение: здесь нет никакой провинциальности, как будто город самодостаточный. Ко мне подходили очень дружелюбные люди, рассказывали про архитектуру, историю города. Но при этом складывалось ощущение, что они такие добрые, рассказывают, как преподаватели, а потом мне надо будет сдать им экзамен. Какой-то очень строгий город.

— То есть просто горожане к вам подходили и начинали рассказывать?

— Ко мне сложно не подойти, ко мне и в Москве подходят.

У меня такой вид иногда бывает: человеку нужна помощь. И тут ко мне подходили горожане, рассказывали что-то о памятниках. Например, я видел прекрасный памятник девочке, которая сняла ботиночки на мосту.

Я очень долго стоял и тупил, зачем? Думал, что это русалка, которая вылезла из воды и отрастила ножки. Тут же ко мне подошли и рассказали, что это памятник туристке, я с ней даже сфотографировался. Очень много рассказывают. Похоже у вас тут все экскурсоводы. Город экскурсоводов.

— Вы в инстаграме написали, что оробели в новгородском музее, почему?

— Там я увидел и языческих истуканов, и первые деньги, и первые атрибуты, начиная от охоты и заканчивая украшениями. Когда поднялся на второй этаж, увидел обшарпанное советское красное знамя. Это история всей России в одном месте. Я то и дело вскрикивал, всех пугал, спрашивал, настоящее ли это, потому что не мог поверить, что вижу подлинники. Это такая древность, перед которой я робею.

Фото из пресс-центра театра «Малый» и Марины Воробьевой.