Практика
387

«Всё, что здесь есть, можно пачкать «кровью»: будни учебной криминалистической лаборатории НовГУ

«Всё, что здесь есть, можно пачкать «кровью»: будни учебной криминалистической лаборатории НовГУ

Двадцать три года в Новгородском университете действует учебная криминалистическая лаборатория. Здесь студенты отрабатывают осмотр места происшествия, обыск и другие задачи. В обстановке квартиры, магазина и офиса проигрывают преступления из реальной жизни или инсценируют сюжеты из детективов.  На занятии побывала корреспондентка «Газон.Медиа».

Агата Кристи и поверхностные следы

Лаборатория образована в 1998 году при юридическом факультете. Она предназначалась для практических занятий по криминалистике. В 2020 году при лаборатории создали учебный полигон, где студенты могли проигрывать рабочие задачи. Тогда же для практикумов закупили оборудование, с которым работают профессиональные силовики: чемодан дознавателя и криминалиста, фото-видео-комплекс, комплект для изъятия объемных следов, цифровую лупу. В 2021 году был образован Юридический институт, и лаборатория переехала из корпуса на Псковской в Антоново. 

— Здесь намного удобнее, потому что и учебная аудитория, и полигон находятся в одном помещении, — рассказывает заведующая лабораторией криминалистики Наталья Рязанова. — Студенты могут сразу отрабатывать на практике то, что они только что услышали на лекции.

Учебный полигон разделен на три локации: магазин, офис и квартира. В магазине есть стеллаж с товарами, кассовый аппарат, витрина. В офисе — стол, стул, оргтехника и скучающий цветок на казенных полках. Квартира состоит из прихожей и комнаты с кроватью и столом. В каждой зоне отрабатываются характерные преступления: в магазине — кражи, разбои, в жилом помещении — различные виды тяжких бытовых преступлений, в офисе — экономические правонарушения. Зоны отделены друг от друга цветом мебели.

— Контрастные цвета подобраны не случайно, — поясняет Наталья Рязанова. — Нам нужно показать студентам разноцветные порошки для снятия поверхностных следов (отпечатки пальцев — прим. ред.) в действии. В реальности криминалисты тоже используют контрастные порошки для разных цветов мебели. Фактуры мы подбирали тоже разные — дерево, стекло, ДСП, пластик, — чтобы студенты учились снимать следы с любых поверхностей.

Для сценариев преступлений выбирают не абстрактные ситуации, а живые дела. Также студенты прорабатывают сюжеты из литературы. Особенно охотно проигрываются злодеяния, описанные Агатой Кристи, Кивиновым, братьями Вайнерами, Достоевским. Для каждого дела предметы в локациях могут перемещать, разбрасывать, загрязнять. Расходные материалы студенты приносят из дома. В ход идет всё: коробки из-под стиральных порошков, одежда, бутылки, старые башмаки. Даже окурки собираются в отдельную тару, чтобы потом «всплыть» в качестве улики где-то под кроватью.

Это не музейные экспонаты. Все, что здесь есть, можно пачкать. Например, «кровью». У нас однажды весь пол был ею залит. Вместо крови используем краску, а раньше, пока цены не взлетели, студенты приносили кетчуп.

Наталья РязановаЗаведующая учебной криминалистической лабораторией НовГУ 

Тест на внимательность и Анжелика

Случайных предметов в локациях не бывает. Задача студентов — оценить вещно-следовую обстановку и выдвинуть наиболее логичную версию того, что здесь могло произойти. Во время практикумов будущие юристы снимают учебно-методические фильмы, по которым затем анализируют свои ошибки.

— Вот, например, на полу валяется бутылка водки, — поясняет Наталья Рязанова. — О чем она может говорить? Её мог случайно выронить преступник. Это раз. Но вот если лимонад похищен, а водка лежит? Значит, это мог быть подросток или подростки, которые еще не употребляют спиртное. Это два. Или, например, эти часы. Меня иногда коллеги-педагоги упрекают в том, что они не работают. Но они и должны быть не рабочими. Студенты должны вспомнить, что обыск проводится справа налево и обратить внимание на то, что часы не ходят. На примере часов я стараюсь научить их внимательности: это батарейку не успели поменять или внутри есть тайник?

Обитатели в этой квартире — под стать своему странному «дому». Всего их трое — женский манекен, мужской манекен и манекен-ребенок для отработки таких преступлений, как убийство матерью новорожденного. Их задача — имитировать трупы на месте происшествия. И если женщина и ребенок вопросов не вызывают, то с третьим жильцом все не так просто: к мужскому телу приделана женская лысая голова с ярким макияжем.

— Мы просили прислать учебный манекен, а пришло вот это, — вздыхает Наталья Рязанова. — Поскольку не очень понятно, мужчина он или женщина, студенты зовут его Женя.

— Каждый курс дает свое имя, мы назвали Анжеликой, — захихикали в рядах юношей.

Важный чемодан и мифы из фильмов

Помимо практикумов на учебном полигоне, студенты приобретают навыки трасологов: специалистов по следам обуви, протекторов автомобилей, взлома и других. Также они учатся исследовать документы, купюры, печати и судебно-оперативные фотографии.

— Я получил практические навыки установления личности по следам пальцев рук, и мне уже доводилось применять свои знания в жизни, — поделился студент четвёртого курса Андрей Никулин. — Однажды в гостях я установил похитителя конфет из банки. Банка была стеклянная, и на ней очень хорошо отпечатался папиллярный узор с характерными для похитителя ранками.

До того, как институт приобрел экспертные чемоданы и другое оборудование, часть практических занятий проводилась в рамках факультативов на базе экспертно-криминологических центров УМВД города и области.

— С появлением своих чемоданов студентов стало проще учить, — делится Наталья Рязанова. — Содержимое чемоданов абсолютно идентично тому, с которым работают криминалисты в УМВД. Конечно, весь спектр экспертных чемоданов мы им показать не можем, поскольку готовим юристов широкого профиля. Наша цель — дать студентам общее представление о работе экспертов-криминалистов. Обучить навыкам работы с самыми распространенными объемными и поверхностными следами.

В чемодане эксперта-криминалиста всегда есть отвертка, канцелярский нож, которыми делают, например, соскобы краски с надписей, оставленных вандалами. Есть пассатижи, молоток и другие строительные инструменты: на месте происшествия не всегда можно изъять следы без следоносителя, — иногда приходится вырезать часть двери с замком, вытаскивать гвоздь. Есть также набор для забора биологических следов — крови, слюны, волос, в который входят пинцет, ватные палочки, дистиллированная вода. И несколько емкостей для дактилоскопических порошков: немагнитных — для снятия следов с металлических поверхностей и магнитных — для неметаллических.

— Мы часто слышим в кино: на теле нет отпечатков, — говорит Наталья Рязанова. — Но на теле их никогда и не бывает. Как получается отпечаток пальца? Влага, пот и жир. Но они есть и у потерпевшего. С тела и с одежды не снимают поверхностные следы. Если только они не окрашенные. Еще один миф — осмотр тела до вскрытия. Именно поэтому в чемодане криминалиста почти нет медицинских инструментов. Эксперт может установить давность наступления смерти, зафиксировать позу и объекты окружающей обстановки. Но извлечение из скрюченных пальцев записок, всяких мелочей из-под синюшных ногтей или изо рта — такого быть не может. Ни один криминалист не станет обследовать труп без судмедэксперта: у каждого свои обязанности.

Обязательными атрибутами криминалиста являются таблички с цифрами, которыми маркируют места обнаружения улик и объекты, имеющие отношение к преступлению. Они также лежат в чемодане, как и перчатки, бахилы, упаковочный материал — бумажные конверты, картонные коробки, стеклянные ёмкости, пластиковые пакеты.

— В кино все улики обычно собирают в маленькие прозрачные пакеты, — говорит заведующая лабораторией. — На самом деле в пакеты можно собирать далеко не все подряд. Например, запаховые следы на поношенной шапке можно сохранить только в стеклянной емкости с крышкой. Детали одежды с кровью лучше запаковать в бумагу, поскольку кровь имеет свойство гнить. Исключение — когда нужно быстро довести улику до лаборатории. Тогда можно и в прозрачный пакетик.

Фото-видео комплекс содержит фонарики, камеру для фиксации хода следственных действий, фотоаппарат, диктофон.

— Цифровая техника, безусловно, облегчает работу следователя, но она же и несколько расслабляет. Раньше, когда у следователя был только рабочий блокнотик, ошибок было меньше. Когда мы печатали обвинительные заключения на печатных машинках, технических ошибок почти не допускали. Теперь, если дела похожи, например, кражи, то просто меняют ФИО фигурантов, меньше думают. Всё это ведет к ошибкам, а любой огрех — формальный повод вернуть дело на доследование, что сильно затягивает процесс.

В планах студентов Юридического института — увлечь криминалистикой школьников. Студенты второго и третьего курса разрабатывают новый формат профориентации — квесты для старшеклассников.

Фото: Светлана Разумовская

Материалы по теме