Истории
570

Люди в панике бежали на кассу – «У вас там птица умерла!»

Люди в панике бежали на кассу – «У вас там птица умерла!»

Соколиный двор в конце весны стал партнёром Центра карьеры Новгородского университета. Студенты вуза смогут подрабатывать, наблюдая и ухаживая за хищными птицами. В музее под открытым небом проживают чёрный коршун, ястреб-тетеревятник, канюк обыкновенный, ястреб Харриса, чеглок, пустельга, серая неясыть, длиннохвостая неясыть, сипуха, ушастая сова, вороны, орлы, а также белки, лисички, фазаны и экзотические куры. Корреспонденты пресс-службы НовГУ со всеми обитателями познакомились, а с некоторыми даже «поговорили». Расскажем о том, как певчие пташки в Кремлевском парке вытеснили ворон, сколько стоит содержание Соколиного двора, и о Топе, который любил, а потом разлюбил прикидываться мёртвым.

Птица, любящая военных

— А ворон правда говорит? Вот у вас тут написано, — мысленно потираю руки, настраиваясь на самый нетривиальный в жизни диалог.

На табличке перед вольером чёрным по белому: «Говорящий ворон Рута».

— Она – девочка, — рассказывает волонтёр и экскурсовод Соколиного двора Александра, — Может произнести: «Рута», «курица», «кукареку», «привет». Но вы вряд ли услышите – эта птица терпеть не может женщин. К примеру, входить к ней в «домик» нельзя даже сотрудницам, которых она хорошо знает. Тут же начинает скакать, махать крыльями, — не пускает. Если проигнорировать её негостеприимность, станет медленно постукивать клювом. Ну, а дальше Рута может его и в ход пустить. А клюв у неё серьёзный.

С чем связано такое поведение птицы – доподлинно никто не знает. Но прежней хозяйкой Руты была девушка. Владельцы переехали в Германию, а питомца пришлось оставить. Ворон попал в Соколиный двор уже взрослым. Кстати, к мужчинам Рута гораздо благосклоннее. По словам Александры, особенно это касается посетителей в военной форме. При виде них пернатая явно радуется, поёт тонким голосом, «строит рожицы», раскладывает в ряд свои игрушки и даже предлагает их.

— Птице должна нравиться её «команда», — говорит Александра, — Интеллект чёрного ворона примерно, как у пятилетнего ребенка, то есть обучить его можно практически всему. Но маленькая поправочка: он должен сам хотеть у вас учиться. Если ворону не нравится что-то или кто-то, то никогда, никакими способами невозможно его заставить.

Не-пара

Александра занимается с другим вороном-постояльцем Соколиного двора – Топой. Его принесли с вышки на линии электропередач. К началу сезонных работ птицы успели свить там гнездо, которое рабочим пришлось убрать. Но о птенце они позаботились. При приближении к вольеру Топы, стало понятно, что значит «ворон радуется». Огромная птица прыгала как котёнок, «обнимала» крыльями прутья решётки и постоянно каркала.

— Он не даст поговорить, так и будет кричать, — улыбается волонтёр, — Во-первых, Топа действительно рад меня видеть, хочет внимания, а во-вторых, он выпрашивает еду. Ворон-умница, быстро сообразил, что если очень хорошо попросить, то пищи дадут чуть больше. Но сейчас мы на его уговоры не поддаёмся – он на диете перед летним сезоном. Птицы набирают массу зимой, чтобы им было проще пережить холода, но летом избыток веса обязательно нужно сбросить из-за опасности перегрева. Говорить Топа тоже умеет, но ему больше нравится подражать звукам своих пернатых соседок. В основном, совам. Пока они токовали в брачный период, он выучил их песни. Все мы, наверное, знаем, что совушки говорят «угу». Но серые неясыти говорят далеко не «угу». Это страшные звуки, как будто сову «выворачивает наизнанку». Только неясыти кричат не громко, в отличие от Топы. Теперь всякий раз, когда мы уходим с экспозиции, слышим эти звуки. Как и весь кремль.

Топа с Александрой проводят небольшие шоу для посетителей Соколиного двора. По команде птица прыгает, кивает головой, ищет спрятанное под ворохом предметов лакомство. А обыграть Топу в «ловкость рук» не смог бы ни один «напёрсточник» из 90-х. Ворон всегда безошибочно переворачивает нужный стаканчик.

— Ради внимания ворон на многое готов, эта птица любит зрителей, — рассказывает Александра, — Зимой, когда посетителей мало, он научился притворяться мёртвым: видя, что хотя бы два-три человека его заметили, ворон взлетал повыше, резко падал и замирал «бездыханным». Люди в панике бежали на кассу – «у вас там птица умерла!». Но стоило нам зайти в вольер, как Топа оживал и начинал радоваться жизни. От этой роли его отучили быстро. Заболел? Вылечим! Пару раз укололи ворону витаминчики. Лечиться Топе не понравилось, и «умирать» он перестал. 

Возможно кому-то, как и нам, могло показаться, что два ворона – Топа и Рута – могли бы составить пару. Да, но нет. «Скорее всего, Рута убьёт «жениха»: у воронов самцы должны быть крупнее самок. А Топа Руте уступает в размерах, потому что она гораздо старше. Поэтому мы не рискуем», — объяснила Александра. Эхх.

Стражи неба

В экспозиции Соколиного двора сегодня около 30 птиц. Большинство из них – инвалиды, в дикой природе они не выживут. Но это социализированные пернатые, которые не боятся людей. А на самом деле, питомцев гораздо больше, но живут они на закрытой территории. Там оборудована карантинная зона и зона для содержания диких птиц, которые будут отпущены на волю. Экскурсии в закрытой зоне не проводятся, чтобы не нервировать животных.

В летний сезон волонтёрам Соколиного двора поступает от 10 до 20 звонков о пострадавших птицах.

Поначалу шум Соколиного двора немного оглушает. Но уже через полчаса становится заметно, что его создают не только постоянные обитатели. Крики, уханья и карканья иногда перемежаются мелодичными трелями. Если поднять голову, то можно увидеть, как по веткам, прямо над вольерами с когтистыми постояльцами, порхают лёгкие разноцветные птички. Кроме парка нигде в городе их не увидеть. Да и здесь такого разнообразия фауны раньше никогда не было.

— В местах, где обитают хищные птицы, очень много певчих, — поясняет руководитель Соколиного двора Анна Михайлова, — Гастрономического интереса для хищников они сами не представляют, а гнёзда певунов и вовсе получаются «под охраной»: их не разорят ни куницы, ни ласки, ни вороны. Пока экспозиции в кремле не было, вороны здесь царствовали, прогоняя всех певчих. А сейчас люди начинают замечать, что стало очень много снегирей, поползней, дроздов. Там гнездо, тут гнездо, им уютненько. Плюс некоторые наши птицы несут орнитологическую службу в подразделении Новгородского музея-заповедника. Отгоняют ворон, галок и других любителей «украсить» верхушки древних памятников. Никаких кровожадных битв – одного появления хищника в небе достаточно. Связываться вороны не будут, просто покинут опасную территорию.

На соколином дворе орнитологическую службу несут сокол-балабан, пустынный канюк, ястреб-тетеревятник. На данный момент «небесный дозор» приостановлен, ожидается финансирование. Успеют ли вороны массово вернуться в кремлевский парк – пока не ясно. Но на центральных аллеях их уже много.

Специфические питомцы

Кроме птиц на Соколином дворе живут белки и лисы. Лисичку Басти в возрасте 30 дней волонтёр выкупила со зверофермы. Через полгода зверька ждала гибель ради чьей-то шубы. Когда рыжая в настроении, то демонстрирует различные команды: «лежать», «сидеть», «прыжок», и гуляет на поводке. Но больше всего лисичка любит играть с разными мячиками и игрушками.

— Выпустить её на волю уже нельзя, — говорит Анна Михайлова, — Потому что животное, выращенное на звероферме – это уже не совсем лиса. Если сравнить скелет Басти и дикой лисы Леси, это совершенно разные животные по строению. Из поколения в поколение эти лисы выводились ради шерсти в клетках. То есть их лапы приспособлены ходить только по ровной твердой поверхности. И шерсть у них, конечно, отличается. Зимой очень видны различия искусственно выведенной лисы и ее дикой соплеменницы. У Басти длинная шерсть, из-за нее зверёк в холода становится просто огромным. Зимой нас все хвалят, говорят, вы молодцы, какие холёные лисы у вас, особенно вот эта (Басти – прим. ред.) откормленная. А весной мы, наоборот, не-молодцы, и лисы у нас облезлые. Многие не понимают, что весна – сезон линьки.

В месяц на содержание Соколиного двора требуется около 100 тысяч рублей. Сюда входят обязательные договора на вывоз биологических отходов, ветобслуживание, анализы, корма. Не считая зарплаты сотрудникам. Основной доход музей получает от продажи билетов и сувениров в теплый сезон. Помощь оказывают опекуны конкретных птиц, которые ежемесячно переводят на их содержание от 2 000 до 4 000 рублей.

— Мы не занимаемся продажей и разведением, у нас не питомник. Мы занимаемся помощью пострадавшим птицам. Если пернатого можно пристроить, то мы ищем добрые руки. Но это крайне сложно. Первым делом спрашиваем, чем ее намерены кормить новые владельцы. Как правило, люди думают, что сокола или сову можно кормить обычным мясом из магазина. Но от мяса хищные птицы погибают, это очень специфические питомцы. Они должны есть специализированный корм: мышей, крыс – обязательно с шерстью и костями. Если птица этого получать не будет, она умрет. Ей нужно формировать погадку для очистки желудка (непереварившиеся остатки съеденной пищи: шерсть, перья, кости, чешуя рыб, скорлупа яиц, хитиновые покровы насекомых, твердые семена и оболочки плодов – сбиваются в зобу в плотные комочки, которые птицы отрыгивают наружу – прим. ред.), к тому же из костей крылатые получают кальций. Не каждый будет закупать такой корм, поэтому чаще всего хищники остаются у нас.

Чтобы попытаться стать волонтёром Соколиного двора, нужно позвонить по телефону: +7 (911) 615-14-96, +7 (951) 723-58-64.

Обязанности несложные, но специфические: работа на кассе, присмотр за экспозицией, уборка за животными, кормление, социализация, проведение экскурсий.

— И новоприбывшим, и птицам из музея нужно уделять внимание, — говорит Анна Михайлова, —За поведением неадекватных посетителей наши работники тоже должны следить и делать вовремя замечания, чтобы не кормили, не кидали в птиц ничем, тихо себя вели. Когда корма привозят, нужно встретить, разгрузить в машину, разделать и расфасовать еду по пакетам, сложить в морозилку. Машины с опилками тоже – встречать и разгружать. Элементарно руки требуются – утром мы всех птиц выносим, а вечером заносим в помещение. Приходить раз в неделю погладить лисичку – это не то, что нам нужно. Нужна реальная помощь.

Новгородский соколиный двор стал первым объектом, включённым в реестр объектов нематериального культурного наследия России, после того как в конце 2022 года традиции соколиной русской охоты были внесены в этот реестр. Для посетителей проводятся показательные полёты отдельных хищных птиц – гости могут увидеть имитацию охоты на муляж добычи и другие их природные способности. Во время программы ведется рассказ об истории соколиных охот, о повадках, значении и охране пернатых хищников.

С древних времён до наших дней дошли кожаные опутенки – парные ремешки для удержания птицы на перчатке сокольника, клобучки – кожаные наглазники в виде шапочки с затяжкой сзади. Они были найдены на Троицком, Славенском и Неревском раскопах и хранятся в фондах Новгородского музея-заповедника.

 Фото Михаил Лебедев